Окуи Энвезор, куратор 56-й Венецианской биеннале, первый представитель Африки в этой роли, как и обещал, насытил свой проект цитатами из Карла Маркса и отсылками к его идеям.

Марксовский "Капитал", включенный в реестр ЮНЕСКО "Память мира" как один из главных текстов позапрошлого века, декламируют на отдельной сцене в центральном павильоне Джардини ди Кастелло. В каждом зале пульсирует критика капитализма в виде гротескных видео и изображений всякого рода протестов, например, в работах аргентинца Рикрита Тиравании или египетской активистки Инджи Афлатун. А перформанс-оратория немецкого концептуалиста и искусствоведа Олафа Николая и вовсе призывает прекратить потреблять, в том числе — тексты Маркса.

В правой руке сникерс, в левой руке Маркс

Рикрит Тиравания. Из серии "Демонстрационные рисунки"

Очень уместными в этом ряду были бы работы молодого киевлянина Давида Чичкана, за которым пока безуспешно охотятся российские и немецкие кураторы. Но он хранит верность своим анархо-коммунистическим взглядам и ставит слишком много невыполнимых условий классового характера.

Согласно парадоксальной аксиоме Оскара Уайльда о том, что жизнь подражает искусству, концентрированный критицизм Энвезора антибуржуазной карикатурой прорвался в фешенебельную реальность одного из самых снобистских городов мира. Коренные венецианцы любят вспомнить, что до 50-х годов ХХ века на площадь Сан-Марко не пускали мужчин без пиджака и галстука, а теперь приветствуют деятельность миллионерских арт-институций, которые продолжают игру в иерархичность во все более демократичной международной тусовке биеннале.

В правой руке сникерс, в левой руке Маркс

Бартелеми Тогу. "Городской реквием"

Одна из таких твердынь, Fondazione Prada, на этот раз взяла небывалую для частной структуры высоту. Выставка "Портативная классика", посвященная истории античной пластики, включила в себя экспонаты из Лувра, Британского музея, Эрмитажа, Королевской коллекции Великобритании и других экспозиций национального и мирового значения. На открытие Fondazione Prada собрали все сливки: президента Венецианской биеннале Паоло Баратту, лондонского галериста Ханса-Ульриха Обриста, владелицу российского "Гаража" Дашу Жукову, саму Миуччу Праду в окружении дорогих художников и куратора-легенды Джермано Челанта.

Это событие обернулось неожиданным перформансом. Мостик, по которому випы, вышедшие из лодок-такси, спешили в белоснежный палаццо, обвалился под их весом, и около дюжины продуманно одетых ценителей прекрасного свалились в прохладную воду лагуны. Никто не утонул, зато появился еще один повод задуматься о потреблении.

В правой руке сникерс, в левой руке Маркс

Открытие выставки "Портативная классика" в Fondazione Prada

У Сары Лукас в павильоне Соединенного Королевства протест прямолинейный, хулиганский и личный. Помимо общеизвестных колбасообразных объектов, в этот раз без обиняков изображающих мужские гениталии, она заполнила пространство скульптурными изображениями нижней части женской фигуры с сигаретами, вставленными в естественные отверстия, например пупок. Борьбу с курением, захватившую развитые страны, Лукас считает ущемлением права на выбор образа жизни: "Буду курить где и чем хочу".

В правой руке сникерс, в левой руке Маркс

Сара Лукас. Из проекта в павильоне Великобритании

Другой представитель поколения "Молодых британских художников", выходец из Нигерии Крис Офили, выставляется в центральном павильоне. Вопреки ожиданиям, в своих новых полотнах Офили не использовал слоновий навоз, принесший ему скандальную славу прежде. Да и вообще никаких специальных запахов в качестве медиа 56-я Венецианская биеннале не использовала.

А вот звуков на биеннале немало. Скажем, приглушенный электронный зудеж, напоминающий гул высоковольтных линий, в павильонах Норвегии и Франции. Во французском под этот гул можно лежать, глядя на дерево, установленное в центре, в норвежском — только ходить, глядя на суету Джардини сквозь остроугольные конструкции с битыми и целыми стеклами.

Грандиозное помещение Арсенала Энвезор также объединил звуком. Представив рекордное для форума количество африканских художников, он не потакает зрительским ожиданиям — никакой вам экзотичности, тотемизма или первобытных страстей. Но вот сам Арсенал, словно посредством африканской магии, впервые производит ощущение живого организма, внутри которого кипит работа составляющих его органов. В первую очередь благодаря звуку видеоинсталляций, не слишком громкому, перетекающему один в другой, сопровождающему вас на каждом шагу. Звуки набата и нежных колокольчиков, интервью нигерийского гомосексуалиста о преследованиях на родине, тихий гитарный перебор, бытовые, технические, рабочие шумы.

В правой руке сникерс, в левой руке Маркс

Давид Чичкан. Без названия

Энвезор хотел максимально отстраниться от проекта предыдущего куратора Венецианской биеннале Массимилиано Джиони, два года назад обрушившего на зрителя волну визуального творчества всякого рода еретиков, сатанистов, мистиков, лжепророков и реномированных умалишенных. Однако тоже включил в свой проект произведения, которые апеллируют вовсе не к материализму.

Взять тех же клоунов Терезы Бурги из Перу, будто бы нарисованных ребенком. Или кинетическую инсталляцию Цю Чжицзе, собравшего сюрреалистические артефакты и приспособления, крутящиеся, двигающиеся, функционирующие с совершенно непостижимой целью. Ощущение ирреальности создают гроздья залитых смолой бензопил, свисающие с потолка подобно диковинным растениям в проекте Моники Бонвичини.

Дальше — зал тронов, сделанных из отслуживших свое боеприпасов мозамбикцем Гонсало Мабундой. Двадцать лет гражданской войны на его родине оставили десятки тысяч жертв и миллионы единиц оружия. Около пятнадцати лет Мабунда создает объекты из ржавых орудий убийства. "Мы не можем хоронить историю гражданской войны. Мы должны раскрыть ее. Это история Мозамбика", — считает художник.

В правой руке сникерс, в левой руке Маркс

Гонсало Мабунда. Троны из списанных боеприпасов

Камерунец Бартелеми Тогу выступил с важным высказыванием об иронии и штампах. В его "Городском реквиеме" гигантские деревянные бюсты людей, сделанные в виде печатей, оставляют на стене оттиски призывов и лозунгов, проявлений надежды, борьбы, веры — и такая какофония фраз нивелирует пафос и смысл каждой из них. Люди-штампы свалены в отдельных конструкциях и символизируют тщетные попытки найти выход в единственной идее.

Само название проекта Окуи Энвезора "Все будущие мира" (All The World's Futures) опровергает то, что возможен единственный ответ на все проблемы и вопросы. Будущих много, какое-то можно выбрать, в другом придется оказаться, с третьим бороться. Тем, кто ожидал от куратора исключительно манифестации левых идей, пришлось разочароваться. Ответа нет и в них. Ответ только в неизбежном и изнурительном многообразии. 


Биеннале современного искусства в Венеции продлится до 22 ноября.

Читайте также: Сергей Жадан об открытии Украинского павильона в Венеции.