Какие трудности возникают при переводе текстов Уэльбека? В чем его особенности как автора?

Во Франции Мишель Уэльбек считается основным хранителем "романной традиции". На фоне диффузии жанров, размывания границ между ними он демонстрирует образцовую приверженность традиционному роману с несколькими сюжетными линиями, подчиненными одной основной, четко прописанными персонажами со сложной психологией и точно определенными ролями, с безупречным ориентированием во времени и пространстве.
При этом тексты Уэльбека многослойны. Он сам как личность доминирует в них. Это чувствуется почти на физическом уровне. При переводе текстов Уэльбека следует понимать, что автор — убежденный левак, так уж его воспитали. И если это четко прослеживается по текстам "Платформы" и "Элементарных частиц", то в дальнейших романах Уэльбека этот "слой" находится не на поверхности. Но он есть  и он крайне важен.
Уэльбек невероятно интеллектуален. И свою энциклопедическую образованность он переносит в тексты. При этом не перегружая их. К примеру, в "Покоре" (по-русски  "Покорность") есть много крайне откровенных "сочных" сексуальных сцен. Разумеется, гетеросексуальных  Уэльбек вообще довольно надменно отзывается об ЛГБТ. (Но открыто высказываться против ему не позволяет как раз левизна, которой он пропитан до мозга костей.) Однако термины, использованные Уэльбеком в этих сценах, частично взяты из... произведений Жана Жене, который писал отнюдь не о гетеросексуальных отношениях. Нюанс достаточно тонкий, но позволяющий понять, насколько глубок и неоднозначен текст "Покорности".
 
На ваш взгляд, почему Уэльбек так популярен? В аннотации к книге его обозначили как "самого популярного современного французского писателя в мире".

Уэльбек  единственный из ныне живых французских авторов, который по-настоящему известен и успешно продается в США. Это показательно. Отсюда такое утверждение в аннотации. Во Франции Уэльбек в десятке, но все же не самый популярный писатель. Хотя популярность, как известно, отнюдь не показатель качества. Поэтому я за Уэльбека спокоен.

Чем обусловлена популярность? Уэльбек провоцирует, Уэльбек никогда не врет. За всю свою писательскую карьеру он ни разу не соврал своему читателю. Он предельно честен. И непредсказуем. Его читатели ждут каждый новый роман как продолжение увлекательной саги под названием "Мишель Уэльбек". В этом и есть секрет успеха. То же, кстати, и с Патриком Модиано, и с Кристин Анго  хотя это совсем другие стили, совсем другие авторы. 
 
Как вы для себя определили  о чем роман "Покорность"?

О многом. О "новой Европе". О Европе-змее, которая агонизирует, сбрасывает старую кожу и наращивает новую. О безысходности, которая, словно по мановению волшебной палочки, может оказаться выходом. Как всегда у Уэльбека  о мужчине, одолеваемом кризисом среднего возраста и испуганно мечущемся в поисках выхода. А выхода-то нет! Для человека, который заранее не подумал о том, что с ним будет дальше, выход (как кажется) только один  принять ислам. И главный герой его таки принимает. Но будет ли он счастлив в своем новом  мусульманском  обличье, остается за кадром.
"Покорность" говорит о смирении. Собственно, "смирение"  это Коран. Мне тема ислама близка, так как в свое время я написал большую статью-исследование о мусульманах в Украине. Даже с заклейменными в "Покорность" ваххабитами пообщался. И был впечатлен образованностью своих собеседников-мусульман, их высоким культурным уровнем, приверженностью к гигиене, прагматичностью и в то же время  особым ощущением присутствия незримого, разлитого всюду. Увы, Уэльбек на самом деле не испытывает к исламу такого пиетета, как я. Он ислам скорее высмеивает, троллит. Для Уэльбека ислам  лишь удобный инструмент по глубокому и основательному препарированию старушки-Европы; и он делает это жестоко и мастерски. К сожалению, для огромной части левацкого пропутинского истеблишмента Франции эта книга  своего рода бальзам на душу.

Новый Уэльбек: Ислам подчиняет Европу
 
Как долго вы "Покорность" переводили?

Три месяца. Это мало. Но таковы законы рынка. Текст крайне сложный. Хотелось бы работать над подобными текстами по полгода, но... "Покорность" удивительно вплелось в другие мои переводы. Сразу перед этим романом я переводил пьесу французского драматурга Ясмины Резы "Бог резни". Тема  та же. Срывание масок с, казалось бы, благополучных буржуа. Брутальное срывание, до крови. Надеюсь, "Бог" (по этой пьесе Роман Полански снял фильм "Резня", а в первой постановке на парижской сцене сыграла Изабель Юппер) найдет свое место на сцене украинских театров. А вообще, я и "Покорность" бы поставил  в виде эксперимента. Мы с Мишелем  безумные экспериментаторы. 
 
Выход романа во Франции совпал с трагедией вокруг журнала "Шарли Эбдо". Как именно "Покорность" срезонировала с реальными событиями?

Еще как "срезонировала"! Во-первых, номер в тот злосчастный день вышел с Уэльбеком на первой полосе. Во-вторых, во время резни (опять "резня"!) погиб близкий друг писателя. В "Покорности" описаны выборы 2022 года, на которых побеждает кандидат от партии Братство мусульман. Однако выборы удается провести лишь со второй попытки. Первая сорвана, причем из текста романа так и неясно, кем именно, но понятно, что сделано это искусственно. Возникают беспорядки, в которых активное участие принимают юные ваххабиты, гибнут люди... Именно из-за жуткого совпадения с трагедией в "Шарли Эбдо" (а официальный выход романа состоялся ровно за день до того) "Покорность" часто считают пророчеством. Хотя на деле (и автор сам об этом не раз говорит в многочисленных интервью) "Покорность"  это сатира. 
 
Какой роман Уэльбека вам нравится больше всего?

"Карта и территория". На украинский этот текст переводил не я. Меня как писателя потряс прием, использованный Уэльбеком (не новый, но в данном случае превзошедший все немногочисленные предыдущие примеры): он убил сам себя. Вывел Мишеля Уэльбека одним из героев романа  и убил, расчленив, отрезав голову. Мощно. Да и вообще, сам этот роман  мой. Как и Уэльбек  мой автор. Еще со студенческой скамьи. Тут немало мистики. Я для себя переводил еще его поэзию и философские эссе. Первым переведенным мною романом Уэльбека стало его программное произведение "Расширение пространства борьбы". Оно увидело свет в журнале "Всесвіт" в 2007-м. В том же году я перевел "Возможность острова"  исключительно "выносящий мозг" текст. Я из тех фанатиков, которые с нетерпением ожидают нового текста Уэльбека. Точно так же я бы ждал текстов Гюстава Флобера, если бы он был жив.

Иван Рябчий  писатель, переводчик, журналист, литературный агент, арт-директор "Видавництва Анетти Антоненко", исполнительный директор международного фестиваля искусств Anna Fest.

 

Читайте также: Выбор Buro 24/7: "Щегол" Донны Тартт.