К своему финалу Каннский фестиваль превращается в одни сплошные споры о том, кто получит главный приз.

Может быть, поэтический Джармуш?

Может быть, лесбийский роман Чан-Вук Пака?

Может быть немка Марен Аде с самым смешным фильмом фестиваля

Или, может, “Выпускной” Кристиана Мунджиу, лучшая из двух румынских картин о семейных отношениях (драма о докторе, который хочет купить дочери результаты экзаменов и отправить ее на учебу в Британию)?

1

Уж точно ничего не грозит “Неоновому демону” Николаса Виндинга Рефна, упоительной фантазии на тему насильников, некрофилов и каннибалов в фэшн-мире Лос-Анджелеса. Режиссер снимает кино о погоне за красотой так, будто не видел десятков картин на ту же тему, что восхищает и удручает одновременно. В роли кроткого воздыхателя появляется Карл Глусман, герой того самого фильма Гаспара Ноэ, поэтому в голове все время одна и та же мысль – что бы на месте Рефна сделал наш друг Гаспар?

1

Доводы в спорах бывают разные: “хороший фильм, но не ветка”, “какая же это ветка, когда это в лучшем случае приз за сценарий” и даже “Джордж Миллер не может с нами так поступить”. А потом появляется кино на голову выше всего, что показывали на конкурсе, и сразу меняет все.

“Коммивояжер” иранца Асгара Фархади – одновременно детектив, трагедия нравов и универсальная история о мужчине, который страстно желает утвердиться в глазах своей женщины и таким образом теряет ее.

1

Школьный учитель с женой переезжают в съемную квартиру, не зная, что до них там жила проститутка. Ее постоянный клиент набрасывается на новую хозяйку квартиры: учитель хочет срочно бежать в полицию, но жена отказывается наотрез. По вечерам они оба участвуют в театральной постановке “Смерти коммивояжера” Артура Миллера, и чем дальше, тем больше их жизнь становится похожа именно на нее. Впервые мы видим главных героев в многоквартирном доме, где посреди ночи начинают трескаться стены. В конце фильма там же начнут давать трещину их отношения.

Получив “Оскар”, “Сезар” и “Золотого медведя” за “Развод Надера и Симин”, Фархади попробовал снимать кино на французском. В своей новой картине он возвращается к традиционному иранскому укладу, и именно это обеспечит ему победу в Каннах.

1

В театре все женщины на сцене в платках. Актриса, играющая распутную мисс Фрэнсис, по сюжету должна быть полуобнаженной, хотя сама в застегнутом на все пуговицы пальто. Впрочем, главная движущая сила в патриархальном иранском обществе – чувство стыда: что скажут соседи, что подумают на работе, не дай бог узнают в семье. Именно разные формы этого стыда заставляют персонажей совершать поступки, о которых они потом пожалеют.

Лучшие фильмы, которым суждено долго жить, обращаются к большому количеству людей, и “Коммивояжер” – не какой-нибудь артхаус, рассчитанный на небольшую группу ценителей радикальных жестов, как у Алена Гироди. Это большое кино, понятное каждому, кто хоть раз в жизни хотел быть для кого-нибудь героем.

Главный персонаж в пьесе Миллера все время пытался доказать жене, что он чего-то стоит. Муж из картины Фархади в большей степени доказывает это себе. Он выслеживает преступника, чтобы его не считали слабым – как показывает нам пример некоторых политических лидеров, это идеальная мотивация, чтобы стать преступником самому.

Читайте также: Ксавье Долан и конец света. Репортаж с Каннского фестиваля