Первый полнометражный фильм киевского режиссера Мирослава Слабошпицкого "Племя" победил в этом году на независимом конкурсе Каннского кинофестиваля "Неделя кинокритиков" сразу в трех номинациях: Гран-при, приз фундации Ган и приз "Открытие". Лента рассказывает о жизни глухих, голоса и субтитры в фильме полностью отсутствуют, а главные роли играют пациенты столичного интерната для слабослышащих.

— На премьерном показе вашего фильма "Племя" на Каннском кинофестивале был аншлаг, не все желающие смогли попасть в кинозал. Как вы считаете, с чем связан такой интерес европейской публики к украинскому кино? 

— Аншлаг объясняется не тем, что показывалось именно украинское кино. Украинского кино много, но ажиотаж вызвал конкретно наш фильм "Племя". Это был очень ожидаемый фильм, потому что зрителям было интересно посмотреть, как это у нас получилось. Люди видели трейлер к фильму и были очень заинтригованы.

Мирослав Слабошпицкий: "У авторского кино будущее есть — фильм можно снять и на айфон"

— Почему вы выбрали такую тему? Сложно было работать с глухонемыми подростками? 

— Я не снимал фильм о глухонемых (кстати, корректнее говорить "глухие", они обижаются на слово "глухонемые"). Я просто снимал кино. И для решения художественной задачи, для создания современного немого кино, для каких-то пластических целей мне нужны были глухие актеры. Картина не фокусируется на каких-то специфических проблемах, характерных лишь для глухих. Так что проблем, связанных с их особенностями, не возникало. Были проблемы, которые всегда возникают при работе с непрофессиональными актерами. Единственный особый нюанс: мы работали через сурдопереводчика.

 — Вы снимали "Племя" во время зимних событий на Майдане. Политическая ситуация как-то повлияла на съемочный процесс?

— Мы снимали в Киеве. Начали еще до протестов, вызванных отказом правительства от подписания соглашения об ассоциации с ЕС, закончили, когда путинская Россия оккупировала Крым. Так что съемки шли параллельно с событиями, но нам ничто не помешало. Только снег пришлось покупать фурами, потому что его не было, а нам нужна была зима.

Мирослав Слабошпицкий: "У авторского кино будущее есть — фильм можно снять и на айфон"

 — Легко ли ребята согласились на постельную сцену в финальной части фильма?

— Гриша (Григорий Фесенко) — да, а для Яны (Яна Новикова) это был своего рода подвиг и преодоление себя, потому что она все-таки двадцатилетняя девочка, молодая совсем. Выбор в данной ситуации был простой: надо либо верить режиссеру, либо нет. Ну вот она поверила и сейчас, думаю, не жалеет. Нет, я не думаю, а знаю это, потому что последний раз переписывался с ней, когда она приехала с фестиваля Тарковского, где ей вручили главную премию. Она была счастлива.

"Племя" — это фильм о любви, гимн любви. Я умею снимать и жестокость, и секс, и кажется, мне удалось создать произведение, которое и в Техасе, и в Махао будут смотреть одинаково

— Как вы думаете, столкнется ли "Племя" с цензурой? 

— Это не детский фильм, но там нет ничего нецензурного. Конечно, зрители будут предупреждены о содержании.

— Планируете ли в дальнейшем сотрудничать с ребятами, которые снялись в фильме "Племя"?

— Делать еще один фильм о глухих — это, по меньшей мере, странно. Этот фильм тем и ценен, что он... этакая вещь в себе. Нет смысла повторяться. Разве что сделать американский ремейк! (Смеется.)

— Вы снимаете кино на социальные темы, болезненные для современного общества: ВИЧ-инфицированные подростки, наркотики ("Диагноз"), зона отчуждения ("Ядерные отходы"), глухонемые дети ("Глухота", "Племя"). Не было желания снять фильм о хорошем и прекрасном?

— Я снимаю о том, что мне интересно. И уверен, что снял фильм о хорошем и прекрасном. Прочтите рецензию кинокритика Андрея Плахова, в которой говорится, что "Племя" — это фильм о любви, гимн любви. Я умею снимать и жестокость, и секс, и думаю, мне удалось создать произведение, которое и в Техасе, и в Махао будут смотреть одинаково. Это большое "кино-кино" в художественном смысле.

Мирослав Слабошпицкий: "У авторского кино будущее есть — фильм можно снять и на айфон"

— Кстати, а почему вы не присутствовали на церемонии вручения фильму премии кинофестиваля "Зеркало"? Чем заняты будни каннского лауреата? 

— У нас слишком много фестивалей, и мы пытаемся распределиться, потому что везде быть невозможно. Я получаю огромное количество писем, на которые не нахожу возможности ответить, постоянные звонки, приглашения... А во время кинофестиваля "Зеркало" я был занят на съемках.

— В июле в Одессе стартует международный кинофестиваль, который в прессе иногда называют украинскими Каннами и южным Берлинале. Уместно ли, по-вашему, такое сопоставление?

— Ну, во-первых, наш дистрибьютор Денис Иванов с 2010 года был генеральным директором ОМКФ (в этом году он представляет Украину в Консультативном совете программного блока. — Прим. Buro 24/7 Украина). Во-вторых, мы всех знаем и любим: и Алика Шпилюка, и Юлю Синькевич, и других. Очень хорошо и тепло к ним отношусь (на "Фейсбуке" вы можете найти фотографию, где мы со всеми целуемся). Я был в Одессе один раз, очень кратко, но судя по отзывам, фестиваль, наверное, крутой. Я считаю Канны гламурным и бэйджевым фестивалем, который определяет статус. На него не продаются билеты, туда невозможно попасть без аккредитации. Берлин более демократичен и политичен. А Одесский МКФ — это фестиваль, который конкурирует с "Молодостью" в том, чтобы быть главным на нашей территории.

Мирослав Слабошпицкий: "У авторского кино будущее есть — фильм можно снять и на айфон"

— Как думаете, есть перспектива для отечественного кино стать коммерчески успешным? Вы считаете украинское кино конкурентным? 

— Фильм "Племя" — самый что ни на есть мейнстрим! Я считаю, что украинский кинематограф ничем не отличается от кинематографа любой другой страны. Есть плохие и хорошие фильмы, единственная возможность достичь каких-то прорывов — снимать много картин. Чем больше фильмов, тем больше среди них хороших. В кино работает закон больших чисел.

— Какое кино вы смотрите и любите как зритель?

— Я смотрю все, что возможно. И порно, и ужасы, и авторские фильмы, и документальное кино. В разное время суток мне нравятся разные фильмы.

— Разделяете ли вы кино на авторское и массовое?

— Ну да, конечно, есть такое различие. У авторского кино, безусловно, есть будущее — фильм можно снять даже на айфон. Но вопрос в том, какой путь предпочтительнее для кинематографии небольших стран, таких как Украина. Все зависит от масштаба кинематографа.

Мирослав Слабошпицкий: "У авторского кино будущее есть — фильм можно снять и на айфон"

— Какой бюджет у ваших фильмов? Это спонсорские деньги, грантовые или бюджетные?

— У меня бюджет, думаю, около полутора миллиона долларов, может, чуть меньше. 50 % — Госкино, 50 % — приобщенные средства (нидерландский Фонд Хуберта Балса Роттердамского кинофестиваля и Фонд Рината Ахметова).

— Вы пробовали себя в кино в качестве актера ("Поэт и княжна", "Сокирра"). Каково было почувствовать себя по ту сторону камеры? Не планируете ли сыграть в собственном фильме?

— Было чудесно, очень весело, я думаю, это моя кармическая отработка. В принципе, мне нравится такой режиссерский ход, им пользовались начиная с Хичкока. Мне очень понравилось сниматься, но у меня пока нет истории, для которой я бы подходил. Так что в своем кино я пока сняться не готов, у меня нет такого проекта.

Сейчас я читаю только "Фейсбук". На остальное нет времени

— А любимые актеры у вас есть?

— Очень люблю Сергея Гаврилюка. Надеюсь, что с ним у нас будет шанс поработать.

— Кто из мэтров повлиял на ваше становление как режиссера?

— Их так много, не перечесть. Начиная с Пазолини и заканчивая Триером. А вообще, на меня влияет всё: фильмы, ролики в "Ютубе", книги, события...

— Когда ожидать ваш следующий фильм? Расскажите о своем новом проекте...

— Сейчас мы в стадии подготовки. Соберем деньги на фильм — начнем снимать. Думаю, это будет картина о Чернобыле.

 — А как насчет экранизаций? Какое произведение вы хотели бы перенести на экран? Что читаете сейчас? 

— Мне нравится эстетика нуара. Из литераторов мне близки Селин, Генри Миллер. Экранизаций мне пока не предлагали, хотя, думаю, это вполне возможно, если все будет хорошо. Есть мысль экранизировать Ульяненко, но пока не знаю, как это сделать, потому что у него очень сложная проза, не очень кинематографичная. Сейчас я читаю только "Фейсбук". На остальное нет времени.

Мирослав Слабошпицкий: "У авторского кино будущее есть — фильм можно снять и на айфон"

— Вы считаете себя оптимистом?

— Нет, я убежденный пессимист. Такова и структура личности, и мое мировосприятие — рассчитываю на лучшее, готовлюсь к худшему.

— Что бы вы посоветовали начинающим режиссерам?

— Мыслить. Не пользоваться клише. Не бояться делать так, как считаешь нужным. Пытаться сделать то, что никто никогда не делал (быть творчески наглым). Делать кино, как чувствуешь. И все.