Студенты Киевского политеха понятия не имеют, где находится ДК КПИ. Ранние зимние сумерки, хитросплетение учебных корпусов, холодный ветер. Что такое “дэка”? – спрашивает парень в рюкзаке и шапке с помпоном.

В последний раз я был в этом здании на концерте “Гражданской обороны” – некоторых фанатов с заломанными за спиной руками начали выводить из зала еще до того, как группа появилась на сцене. Сейчас сцена задрапирована красными шторами, как в куртуазном кабаре или в Черном Вигваме, где танцевал карлик из “Твин Пикса”. Посреди за роялем сидит музыкант в свитере с новогодними елками.

“Я Дмитрий Шуров, – говорит он. – Я написал эту песню”. Шуров начинает играть блюз, и из-за кулис к нему по очереди выходят артист Потап, телеведущий Алексей Горбунов, кавээнщик Сергей Сивохо, камедиклабовец Антон Лирник, Елена Кравец из “95-го квартала” и невысокий парень, имени которого я не знаю. Со стороны зрителей, пританцовывая и щелкая пальцами, к ним присоединяется шоумен Владимир Зеленский.

Шуров

Это репетиция комедийной программы “Лига смеха”, для которой Дмитрий сочинил гимн. В этом конкретном жанре эталоном считается композитор Владимир Шаинский с его прилипчивым “Мы начинаем КВН”. Я почти всерьез говорю Шурову, что он наш новый Шаинский. Артист, в общем, не против: история, дескать, рассудит, кто тут Шаинский, а кто – Таривердиев, кому уйти, а кому остаться.

“Когда предлагают написать такую песню, я сразу себе представляю: три тысячи человек в зале, два миллиона у телевизора. Тут не до снобизма. Нужно сделать так, чтобы: А – ты сам потом мог это слушать, Б – чтобы они смогли это спеть, В – чтобы люди, которые это смотрят, не оцепенели”.

Я зачем-то рассказываю, что в детстве мне было стыдно за кавээнщиков, которые, взявшись за руки, хором горланили свои финальные песни – на это время я всегда переключал телевизор на другой канал. Шуров в ответ знакомит меня с термином “винницкое залупонство” – это такая форма высокомерия, когда ставишь себя наперекор общественному мнению.

Шуров

В некотором смысле Дмитрий Шуров – голосящий Кивин в золотом (кажется, так называется высшая музыкальная награда для веселых и находчивых), эталон музыканта, помешанного на своем деле. Месяц назад у его группы Pianoбой вышел третий альбом Take Off. Я был на их концерте сразу после выхода первого и потом всем рассказывал, что будь я первокурсницей, то сошел бы с ума от счастья. Девушки с влюбленными глазами пускали на сцену бумажные самолетики и бухались в обморок, стоило Шурову поправить челку.

С тех пор многое поменялось: из его песен совсем исчезла беззаботность, и теперь каждую из них могла бы взять в своей репертуар Земфира периода альбома “Спасибо”. Take Off – это благородство и тихая злость, мелодическая роскошь и умные рифмы. И только капитан спокоен как покойник. На кой ему метаться – он видел войны.

Шуров

Пиджак, очки и платок Tom Ford, рубашка и брюки Brunello Cucinelli


Конечно, Шурову бывает страшно. У него мандраж перед новыми городами, в которые раньше не ездила его группа: в этом году – Запорожье, Житомир, Полтава, в следующем – Кривой Рог.

Нет, он не интроверт. “Вот купит полторы тысячи человек билеты на твой концерт – и все, ты уже ни фига не интроверт”.

Его не цепляет Адель: ничего не может с собой поделать – слышит в ее музыке какой-то расчет (а, например, у Майли Сайрус не слышит). Ему не нравится Дэниел Крейг: “Харрисон Форд в его самом пьяном, невменяемом виде – гораздо более мощная фигура, чем новый Джеймс Бонд”.

Шуров

С глухим проваленным звуком, как у “Гражданской обороны”, Шуров вместе с золотым составом “Океана Ельзи” выступил на Майдане в самый разгар протестов – как по мне, эффект был сильнее, чем от юбилейного концерта группы на стадионе “Олимпийский”.

Сам артист вспоминает шоу Элтона Джона в киевском Дворце спорта, где тот отдавался на полную катушку, исполняя песни из совместного с блюзменом Леоном Расселлом альбома The Union.

“Меня тогда просто вскрыло, я сидел в слезах, а нашей публике происходящее на сцене как о стенку горохом. Pianoбой тогда только начинался, и у меня была очень похожая ситуация. Каждый раз, когда я вспоминаю этот момент, то радуюсь, что мне удалось через него перепрыгнуть, что он не стал для меня эмоциональным финалом”.

Не все знают, что фамилия Шуров происходит от английского слова “sure”. В том, что делает этот музыкант, всегда можно быть уверенным. Он не скурвится, он не налажает. Дмитрий Шуров – это ум, честь и совесть. Хорошо, что хоть о ком-то в Украине не нужно беспокоиться.

 

Для портретов Дмитрия Шурова использована технология амбротипии, которая была изобретена в 1850-х годах и с тех пор остается неизменной.  

Адреса:

Tom Ford, Brunello Cucinelli
Бутик Sanahunt
Ул. Грушевского, 8/16

 

Читайте также: День с Джамалой, главной певицей страны.