Заглавная съемка Стивена Мейзела для апрельского номера Vogue Italia задумывалась как история о кино, а превратилась в скандал. Об этом писали Style.com, британские газеты The Telegraph и The Independent: Vogue воспевает насилие над женщиной. На деле мексиканская модель с японскими корнями Исса Лиш изображала героиню фильма ужасов — в кадре Мейзела (вполне предсказуемо) повсюду кровь, лезвия ножей и других колюще-режущих предметов, плюс одержимый маньяк с топором, одетый в Prada. Привычный арсенал для привычного сюжета. Позже главный редактор Франка Соццани в интервью The Independent объясняла, что мотив хоррора возник как комментарий к увлечению современной молодежи плохим кино. А печатные снимки и обложка с Иссой в полупрозрачной шелковой блузе с цветами как-то сами собой превратились в манифест против домашнего насилия. Вот здесь и произошла заминка. Журнал обвинили в романтизации жестокого обращения с женщинами.

Колонка Вени Брыкалина: О плохом

Итальянский Vogue пользуется той степенью артистической свободы, какая не снилась ни одному другому изданию из портфолио Conde Nast. Даже парижское издание Vogue периодически подвергается цензуре (по слухам, публикация детской съемки, впоследствии истолкованной как педофильской, стала одной из причин ухода Карин Ройтфельд с поста главного редактора журнала). Франке Соццани удается невозможное — более 20 лет балансировать на грани хорошего вкуса, в разное время обращаясь к самым неудобоваримым темам из современной жизни. Культ молодости и целлюлозной красоты, война и экологические катаклизмы, самолюбование в социальных сетях и проблемы половой идентификации — работы Мейзела и Соццани бьют по болевым точкам современного общества. Однако последнему, взращённому на эстетике Fox News и кровавого безрассудства игрушки Grand Theft Auto, совсем не больно. Оно прячется от ударов зоркого и злого в своей иронии взгляда фотографа за ценником нарядов, в которые одеты девушки на снимках.

Главный аргумент критиков проблемных съемок Мейзела и модной печати вообще — несчастье и проблемы одних эксплуатируются для того, чтобы продавать красивые платья другим. В английском это называют красивым словом glamorization — придание предмету одновременно привкуса желанности, таинственности, мечты и руководства к действию. Так было с гранжем в 90-х, порношиком Миллениума и с худобой моделей в конце нулевых — моду винили в воспевании пагубного, разлагающего и тленного. Двойное лицемерие. В мире, где порок, горе и трагедия поставлены на поток и сдобрены порцией попкорна, модным журналам по умолчанию запрещено говорить о том, что показывают в новостях. В этом праве ему отказывают в первую очередь медиа, а вслед за ними и само общество, давно вошедшее в состояние круглосуточного анабиоза. Для модных публикаций интересоваться революциями, массовыми психозами и войной — это кощунство и не комильфо. Потому что никто не воюет в платьях Ralph Lauren.

Photo

Но проблема с дорогим платьем на фоне экологического катаклизма или, если хотите, сцены убийства — это как раз проблема "в глазах смотрящего". Наряды с пятизначным ценником не сделают нефтяное пятно чуть более безопасным, а насилие — чуть более безобидным. Еще менее вероятно, что кадры с облитой нефтью Кристен Макменами или Иссой, выпачканной в крови, способны эти наряды продать. У них даже нет такой цели. Ведь эстетика Vogue, как и любого высокого глянца, — это всегда отрыв от реальности, абстракция на ощутимом расстоянии от мира, в котором мы живем. Картинка Vogue в приложении к нормальной жизни — это космические технологии в ответ на жужжание вашего пылесоса. Эта картинка способна вселять ужас и трепет, но она совершенно не должна учить вас, как одеваться по утрам и, в общем-то, как жить. Важно другое: она способна и должна рассказывать о том, как мы живем.

Нет ничего красивого в истории девушки, с искаженным от ужаса лицом убегающей от своего палача. Нет ничего мечтательного в образе мужчины с топором. Но фотографии таких сцен могут иметь эстетическую ценность. Они могут быть красивы — об этом есть много хорошего искусства. И если мы хотим отказать модным журналам в праве публиковать такие снимки, то давайте запретим снимать об этом художественное кино и писать об этом книги. Тогда мы сможем по-настоящему погрузиться в мир круглосуточных новостей. 

Photo

Photo

Photo

Photo