Одно из самых интересных явлений последнего времени - феномен большого пальто. В смысле, очень большого пальто. Большого, как погонные метры произведений современного искусства, заполняющие тысячефутовые интерьеры анонимных коллекционеров. Из двойной проклеенной шерсти или неопрена, с искаженными пропорциями и гипертрофированным объемом, сегодня женское пальто напоминает работы итальянских футуристов или скульптуры Александра Кальдера - сплошное скольжение и вращение плоскостей и округлостей. За скобками остается вопрос удобства и функциональности этих вещей, но сложно не признать очевидное: верхняя одежда давно не выглядела так спорно и, как следствие, так эффектно.

Консьюмеризм: большое пальто

Мода живет большими идеями, которые требуют соответствующего масштаба. Здесь не любят полумеры - взявшись за любой предмет гардероба, дизайнеры раздувают его до колоссальных размеров. Совсем недавно так было с it-bags и it-shoes, абсолютными тотемами в рамках предкризисного потребления. Помните, когда сумки и обувь называли собственными именами, как лучших подруг или декоративных собачек? Чем важнее они становились, тем больше усложнялся их дизайн и увеличивались их размеры - со временем монструозного вида туфли и босоножки на тройной танкетке стали походить на ожившие чертежи Татлина. Дальше - только космос.

Консьюмеризм: большое пальто

Подобная мегаломания сегодня происходит с верхней одеждой. Если лучшее - враг хорошего, то в моде большое - враг скучного. Под грифом oversized дизайнеры переозвучивают любую классику, от двубортных жакетов в традиционную полоску до спортивных толстовок Ivy League. Игра с пропорциями делает привычные вещи свежими, а старым идеям придает любимый нами, хоть и нестойкий привкус новизны.

Консьюмеризм: большое пальто

Задним числом расцвет громоздких пальто можно связать с исключительно фотогеничной коллекцией Comme des Garçons, которую Рэй Кавакубо показала в марте прошлого года. Одно из самых красивых и поэтичных шоу последних лет было исследованием плоского (то есть безыскусного) мира - колкое и очень меткое замечание дизайнера. Формально коллекция походила на эксперименты с аппликацией из цветной бумаги. Только вместо бумаги на подиуме появлялись двумерные фигурки костюмов и пальто из негнущихся материалов по-детски насыщенных красных и розовых оттенков, в наивных цветах и леопардовый принт. Как это часто бывает с Comme des Garçons, публика подхватила, переработала и развила идею. В следующий раунд показов в карикатурных абрисах пальто-шатров в Милане и Париже красовались первые лица модного истеблишмента - от Джованны Баттальи до суперзвезды сексуального стайлинга Карлин Серф де Дадзили. Еще через полгода объемные пальто разной степени монументальности, от слегка статичных до негнущихся, появляются на главных и самых интересных подиумах - у Стеллы Маккартни, Франциско Косты в Calvin Klein, Фиби Файло в Céline и Гийома Анри в Carven.

Консьюмеризм: большое пальто

В англоязычных модных медиа часто встречается термин smart design, эквивалента которому в русскоязычной традиции нет. Нелегко дать однозначное пояснение, что такое умно скроенные брюки или умно устроенное платье. Под описанием smart в таких случаях подразумевается, что вещь имеет продуманный крой, внятный, законченный вид, что она сделана с оглядкой на реальные нужды клиента и в сумме всех частей оказывается неожиданно актуальна и современна.

Сегодняшний интерес дизайнеров к пальто как объекту именно об этом. Об умении конструировать и кроить, о навыках работы с трудными материалами, о правильной посадке и соблюдении верного баланса  - о тех тонкостях, который с развитием быстрой моды все больше уходят из нашей жизни. Во времена победившего джерси и одноразовых футболок H&M традиционно трудоемкий крой - это новый кутюр. Неслучайно массивные пальто из буклированной шерсти или двойного кашемира с лазерной бесшовной обработкой оказываются едва ли не самым прогрессивным продуктом современной моды. Они становятся новым It, материальным воплощением духа времени.

Но есть здесь и другой аспект. Большие пальто - это своего рода броня и укрытие. Дизайнеры любят эксплуатировать мотив женщины-воина. Собирательный образ экипируют в платья с разрезами, жакеты с подкладными плечиками, в шипы и цепи - привычные клише сексуально-агрессивного брутализма. Тем интереснее перемена в курсе партии. Пусть массивные пальто пудрово-карамельных оттенков макарунов Ladurée  больше напоминают детский плащ-палатку, чем орудие убийства, смысла в них в современном мире куда больше. На подиумах и на подступах к ним - честный отшлифованный прагматизм, хоть и с оглядкой на всевидящее око streetstyle-блогеров. Такая новая искренность и главное правило текущего сезона звучит вполне в духе Гертруды Стайн: новое пальто - это пальто, которое очень большое пальто. Тот случай, когда прекрасное в буквальном смысле видится на расстоянии.