Шоу началось в полной тишине, и единственным звуком, раздававшимся на локации, был глухой стук остроносых туфелек и замшевых ботинок по полу. Так продолжалось первые двадцать выходов: мы увидели юбки и костюмы из жаккарда, юбки и топы из металлизированной ткани в крупный горох, платья, выполненные в технике color-blocking, с планками, стилизованными под вырез благодаря контрасту цвета и текстур, — все эти комплекты были навеяны афишами горнолыжных курортов родом из 50-х. И даже объемная черная куртка, казалось, уже сейчас готова сопроводить свою обладательницу в путешествие в Альпы. Единственное, что выдавало навязанную дизайнеру последними событиями тему, — сине-желтые стрелки в качестве мейкап-акцента. Рубежом между двумя актами показа стало приталенное снежно-белое платье, в котором чистоту и простоту цвета компенсировал сложный силуэт.

А затем вступили мягкие и вкрадчивые, но сильные струнные и духовые инструменты, и мы увидели ту самую, патриотичную и духовную, героиню Poustovit, которую, чего греха таить, так хотели увидеть. Поверх нежных платьев с принтами в виде лыжниц были надеты корсеты, имитирующие бронежилеты: сейчас, полагает дизайнер, сильными должны быть даже ее традиционно лиричные девушки. Цветовая гамма второй части коллекции была преимущественно выполнена в ванильных, приглушенно-желтых цветах в сочетании с лиловым или светло-голубым. О патриотизме в коллекции говорили и аксессуары: подвески из кристалла напоминали по форме шины. Возможно, это не было изначальной задумкой, однако в общем контексте шоу воспринимались они именно так. Закрыло показ платье в пол с уже упомянутыми принтами-лыжницами, дополненное тем же стилизованным бронежилетом, но уже не черным, а белым. Как и обещала дизайнер, ее коллекция вышла не мрачной и трагичной, но светлой, полной надежды и веры в лучшее будущее.