Roberto Cavalli

Иван Миспелаэр, ставший дизайнером женской линии Roberto Cavalli, определенно вписался в этетику бренда без особых проблем. В новой коллекции он прорабоал все знаковые приемы, принт кожи рептилий он использовал в плащах и шелковых блузах, графичные узоры в брючных костюмах, не забыв о кожи крокодила в виде курток-косух, пальто из цветного меха и боа, которые перемехажались платьями на тонких бретельках с бахромой, вышивкой и камнями. Получилась коллекция в стиле 20-х годов, финалом которой стали платья в пол с языками пламени, для усиления эффектности которых вокруг подиума горел декоративный огонь.

Antonio Marras

Антонио Маррас о реальности своих фантазий никогда не задумывается. На этот раз его коллекция была посвящена встрече Востока и Запада, которую дизайнер рассматривал через личность и творчество  Аннемари Шварценбах - швейцарской писательницы, фотографа, путешественницы, андрогинной музы Берлина времен заката Веймарской республики, ярой антифашистки и общественной активистки. Впрочем, дизайнер не ограничивался себя ни эстетически, ни географически: в коллекции заметно влияние японской культуры, хотя Шварценбах дальше Афганиста не заезжала. 

Коллекция выполнена в плотных зимних тонах с привычным для Марраса превалированием коричневого, который дополняют серый, бордо, черно-синий, оттенки бронзы, золото и короткие всплески бледно-розового и льдисто-голубого. Восток Маррасу видится в разнообразиии фактур любимых материалов - жаккарда, сатина, парчи, кружева, бархата, альпаки и меха. Появилась в коллекции и костюмная шерсть в тонкую полоску - дань гардеробным предпочтениям вдохновительницы, с детства носившей мужскую одежду.

В ориентальную линию укладывается и образ одинокого волка, который воет на красный диск луны, а таинственная героиня в бледном макияже с темными губами по моде 1930-х годов должна, видимо, подвывать шопеновским ноктюрнам. Сохраня верность эстетике пыльного шкафа и пользуясь из сезона в сезон одними и теми же приемами, Антонио Маррас отточил мастерство сказочника до совершенства. И даже если задать ему в музы образ поэтессы Агнии Барто, то он и в нем найдет декадентскую страдающую сущность морфинистки.

Aquilano.Rimondi

В качестве источника вдохновения своей осенне-зимней коллекции Томаззо Аквилано и Роберто Римонди указали интригующее "...when Art déco meets Visconti". От ар-деко дизайнеры взяли приглушенную гамму мраморных тонов - коричневого, серого, бородового. Оттуда же пришла четкость линий, микширование фактур, негромкий декор и выверенная орнаменатальность флористических паттернов. Из Висконти, чьи фильмы с эстетической точки зрения столь же разнообразны, сколь фанатично выверены, происходили отдельные детали и настроения, органично вплетенные в канву коллекции. Крой жакетов с покатым приспущенным плечом, широким вырезом и подчеркнутой талией отдает историзмом "Людвига" и "Леопарда". Мотив одежды с чужого плеча в духе 1940-х в сочетании с хрупкими юбками из плотного кружева восходит к романтизму "Смерти в Венеции" и "Рокко и братьев". Элемент маскулинности в комплектах с широкими дитриховскими брюками это, конечно, привет "Гибели богов". Честно говоря, заявленная интрига не то чтобы оправдалась, и мы получили очередную коллекцию рукотворных артефактов имени Aquilano.Rimondi. Но это как раз тот редкий в моде случай, когда лучшее, а уж тем более новое, - враг безупречного.