В 2008 году Макс Остервайс, работавший тогда в киноиндустрии, попал в Кению. Парень был настолько вдохновлен традиционным костюмом острова Ламу, что решил делать одежду, в которой современные западные силуэты соединялись бы с аутентичными африканскими тканями. Эклектичные принты сразу выделили критики. Спустя пару лет марка расширила географию и стала использовать ткани и техники мастеров из Италии, Индии и Румынии.

К 2010-му о Suno уже писал и американский Vogue, и The New York Times, в 2013-м марка выиграла приз Swarovski на конкурсе CFDA/Vogue Fashion Fund для молодых дизайнеров, а в 2014-м и вовсе вышла в финал LVMH Prize.

Сегодня, спустя восемь лет после основания, Остервайс объявил, что бренд прекращает работу. Круизная коллекция марки была представлена байерам, закуплена и уже отправилась в места продажи, но следующей — весенне-летней — коллекции не будет.

Почему марка, которая пользовалась спросом у ретейлеров и которую постоянно хвалили критики, решила прекратить свою деятельность —неизвестно. По данным Business of Fashion, это может быть связано с проблемами с инвесторами компании.

Также источники издания утверждают, что многолетней помощнице Остервайса Эрин Битти прочат скорое возвращение в мир моды. Ходят слухи, что она или откроет собственную марку, или возглавит один из уже существующих нью-йоркских брендов.


Смотрите также: Мечтающие о гранже в лукбуке Nino Babukhadia.