В ЦУМ я ходила еще маленькой девочкой: мне было лет пять, меня туда водили мама и бабушка. У нас в семье все шили, поэтому мы часто приезжали в отдел тканей за нитками, пуговицами и другими нужными материалами.

Меня поражала ни с чем не сравнимая высота потолков. Они были фантастической высоты: как я понимаю, метров шесть, а может, и больше. Ни в одном другом помещении, где бы я ни бывала, это так не бросалось в глаза. Потолки и лестница. В ЦУМе было пять этажей и лифт. Но по каким-то иезуитским правилам Советского Союза на лифте можно было ездить только вверх, а вниз надо было спускаться пешком — считалось, что это легко. Поэтому на первом этаже у лифта собиралась очередь, а сам лифт поднимался только на один этаж  сразу на пятый. И если тебе надо было, например, на третий, то ты выходил на широкую мраморную лестницу и шествовал по ней вниз, держась за мраморные перила. Помещения такого размера были только в метро, но там работали эскалаторы, а тут можно было идти по лестнице и разглядывать все вокруг  это было классно.

С ЦУМом связано мое самое приятное воспоминание: мы стоим с бабушкой на пятом этаже возле лифта, вероятно, весной, потому что мы без пальто, на нас красивые платья, а впереди  хорошо освещенная лестница, вокруг которой сквозные окна. Мы спускаемся вниз, я тянусь к этим огромным перилам своей маленькой рукой и изо всех сил пытаюсь изображать даму, потому что, по моему мнению, по таким лестницам ходят только настоящие дамы.

 

ЦУМ был очень величественным магазином, там было все что угодно. Помню огромный отдел часов, которые тикали каждый по-своему. И еще, конечно, хрусталь, бокалы и мельхиоровые ложечки в подарочных наборах. Это был космос. 

1

ЦУМ представлял собой средоточие зрелой советской респектабельности. В универмаге собрались все символы советской буржуазности. А потом начались 1990-е, и ЦУМ превратился в набор торговых палаток. Варвары захватили античный город: там нагородили миллион киосков, которые изменили величественную, неспешную систему прилавков. До этого было много свободного места, каждый отдел стоял обособленно. А потом, насколько я понимаю, начали сдавать площадь в аренду  напихали туда много всякой мелочи: какие-то китайские подделки, тут же сувенирные вышиванки, тут же пластмассовые веночки, тут же какой-то кожзаменитель. ЦУМ превратился в филиал Троещинского рынка в величественном здании с мраморной лестницей. Но такое случилось в девяностые со всеми.

Продавщицы в ЦУМе были недоступными богинями. До них было трудно добраться и обратить на себя их внимание. Помню, там была сложная система продаж: сперва продавщица показывала тебе то, что ты хотел. И если тебе что-то нравилось, надо было идти в кассу, выбивать чек, и это уже делала кассирша. Вот они, по-моему, оставались на своих местах до самого закрытия ЦУМа. Во всяком случае незадолго до него я искала там сувенир, чтобы порадовать своих заграничных друзей, и решила купить те самые мельхиоровые ложечки  это было последнее место в городе, где они еще продавались. Это же совершенно бессмысленная вещь, остатки советской респектабельности. Так вот и тети были те же самые. Получается, что дольше всего продержались продавщицы и ложечки: тканей уже не было, отдел хрусталя куда-то делся, а ложечки остались.

1

Думаю, попасть работать в ЦУМ было невероятно сложно.

В Советском Союзе не было школы оформления витрин, равно как и потребности их оформлять. Что ни покажешь, все купят, потому что дефицит. В 90-х вообще все сметали. Насколько я понимаю, специального оформителя витрин в штате ЦУМа не было, так что этим занимались тети, которые там работали. И витрины были фантасмагорические: какие-то картонные карандаши на четыре метра  там часто все подвешивали и веревочки были видны. Такая вот самодеятельность.

В те времена было полно фарцовщиков джинсами и кроссовками, и это могло происходить где угодно, но только не в ЦУМе. Там, мне кажется, даже из-под полы не торговали.

ЦУМ был главным универмагом страны по простым причинам. Прежде всего, он стоял на главной улице страны. Кроме того, это был витринный магазин  все, что там продавалось, весь ассортимент, весь набор, были очень показательными. А через дорогу находился центральный гастроном с лучшим выбором колбасы и всего-всего. После ЦУМа туда заходили обязательно. Это были витринные продукты, витрина страны. Туда приходили хорошо одетые красивые люди, которые покупали хорошие продукты. 

Читайте также:

1. Биография: Целая жизнь с ЦУМом.

2. Гламуру недоступна самоирония. Колонка Зои Звиняцковской