Сергей Семенов — бизнесмен и музыкант, основатель Woodstock Guitars. Мечтает создать в Украине национальный гитарный бренд, который мог бы конкурировать с известными европейскими и американскими производителями. И, похоже, ему это удается.

1

Для музыканта гитара — не просто средство для извлечения звуков. Это живое существо, с которым возникает внутренняя связь.

Самое главное в гитаре — это дерево. К счастью, в Украине растут породы дерева, которые хорошо звучат: ольха, ясень, клен. Некоторые породы, такие как красное дерево или палисандр, приходится закупать за рубежом. Но мы же задались целью стать национальным производителем гитар, поэтому стараемся по максимуму использовать дерево местных сортов.

Сложно сказать, что бы я написал на своей визитке. Вся моя жизнь так или иначе связана с гитарами. Я их разрабатываю, принимаю участие в изготовлении. Играю на них. Я — гитарист. В широком понимании этого слова. А вообще у меня есть приятель, у которого на визитке написано — "человек". Тоже неплохо.

1

Я родился в маленьком провинциальном городке, где на кассетник нужно было еще постараться заработать. Поэтому все началось с бобинного магнитофона.

В нашем доме был подвал, бомбоубежище, в котором ребята постарше организовали "качалку". Там все стены были обклеены фотографиями знаменитых рокеров: "Металлика", "Айрон Мейден", "Ария", Гэри Мур. Все с гитарами, такие крутые, волосатые, брутальные — и я понял, что это мое. В те годы качались не для того, чтобы иметь красивое тело, а чтобы в случае чего можно было навалять кому-нибудь из соседнего двора. А вот гитаристов очень редко били, их все жалели и берегли, поэтому мне можно было и не качаться. Чуть позже этот тренажерный зал мы с друзьями переделали в репетиционную студию.

3

Конечно, я хотел стать рок-звездой. А родители твердили: учи компьютер, учи английский язык, берись за ум. В моей семье было много учителей: бабушка, тетя. И все, кроме меня, хотели, чтоб и я учителем стал. Но получилось, что вопреки желанию семьи я продолжил заниматься музыкой. Учился в музыкальной школе по классу фортепиано. Потом все же "взялся за ум" и поступил в киевский Нархоз на маркетинг.

Во всей общаге гитаристом был я один. Когда начинал играть в коридоре на гитаре, вокруг собиралась еще пара десятков людей, и все это превращалось в классные сейшены. Мои друзья со 2—3 курса уже начинали потихоньку работать, а я сидел и смотрел то на гитару, то на стопку книжек по экономике — не мог сделать выбор, чем же все-таки заняться. Позже я устроился продавцом в музыкальный магазин, потом организовал компанию, которая занималась только гитарами, потом мастерскую — так и пошло.

1

Никогда не предполагал, что буду заниматься производством гитар, потому что видел неудачный опыт мастеров, которые пытались их делать, но не могли наладить успешную реализацию инструментов. В нашей стране это проблема, индустрии гитарной не было никогда. Я ходил в мастерские к знакомым, трогал там все эти деревяшки — меня это очень привлекало, само общение с деревом, его фактура, запах и таинство превращения доски в музыкальный инструмент.

У нас нет школы гитарных мастеров, из-за чего есть стойкое предубеждение гитаристов против инструментов отечественного производства. Что бы ты ни делал, автоматом получаешь штамп кустарщины, самопала... Я предполагал, что мы столкнемся с этой проблемой, но не думал, что с ней придется так сильно возиться. Только благодаря тому, что мы уперлись в качество, мы смогли это предубеждение преодолеть.

Те немногие украинские гитарные мастера, которые есть, не склонны делиться своими наработками, технологиями, учить кого-то. Каждый держится за свои секреты и совершенно не стремится их кому-либо раскрывать. В нашей ситуации, когда отсутствует рынок как таковой, соперничать нет никакого смысла. Напротив — нужно объединяться, делиться технологиями, кооперироваться, делать то, что у кого-то получается лучше, и таким образом достигать общего результата.

5

Каждый год я езжу на крупнейшую музыкальную выставку во Франкфурт и вижу там огромное количество производителей из Польши, Чехии, Болгарии. Меня это еще больше раззадоривает: почему мастера в странах бывшего соцлагеря уже выходят на мировой рынок, а мы все еще доигрываем на советских дровах?

Гитары, как и любые другие товары, производимые в СССР, были ширпотребом, побочным продуктом "оборонки" или, допустим, мебельной промышленности. Соответственно, "совковые" гитары обладали всеми свойствами мебельной продукции: мебельные лаки, грубая склейка. Ну и звучали они соответственно как мебель.

Гитарная культура — это Америка. Тамошние производители насчитывают по 70—80 лет опыта. За это время они наработали технологии, авторитет, многие известные музыканты играют на этих гитарах. И молодой музыкант при выборе гитары отдаст предпочтение тому, на чем играл его кумир. "Битл" — это однозначно Rickenbacker, Гэри Мур — это Gibson, Эрик Клэптон — Fender Stratocaster.

8

Задача сейчас — совершенствовать технологию, чтобы гитары получались максимально качественными и доступными. Для тех операций, где человеческий фактор может только навредить, используем станки с программным управлением, но большинство операций по-прежнему — это ручной труд.

Каждая произведенная нами гитара проходит через руки (и уши) опытных людей, мои в том числе.

Есть три уровня инструментов. Гитары начального уровня, от 100 до 300 долларов: их покупают, либо вместо, либо вместе с роликовыми коньками, велосипедом, чтобы ребенок или взрослый мог попробовать побренчать в домашних условиях. Полупрофессиональные, от 300 до 800 долларов: с ними уже можно выступать, записываться в студии, они действительно могут дать хороший результат. И есть профессиональный уровень, от 800 и до 2000—2500 долларов, на таких играют большие музыканты. Также есть сегмент бутиковых гитар, которые, как правило, уходят в руки коллекционеров за десятки тысяч долларов. Это уже произведения искусства. Их разработка и изготовление могут занять и полгода. Мы же, производя гитары, не придумываем велосипед, а делаем гитары классических дизайнов, которые хорошо лежат в руке и стоят разумных денег.

7

Сегодня на наших гитарах играют Женя Галич, Виктор Павлик, работаем над заказами для гитариста группы "Ляпис Трубецкой" Руслана Владыко и для басиста группы "С.К.А.Й.". После того, как музыканты убедились, что украинское производство — это не "ужас-ужас", а наоборот — качественно и сравнительно недорого, на нас стали обращать внимание. Это большая честь — заслужить признание отечественных музыкантов.

Каждая гитара, которая уходит от нас в руки гитариста, работает лучше любой рекламы. Надо понимать менталитет наших рокеров, они все очень консервативные люди и склонны доверять мнению либо авторитетного музыканта, либо своего товарища. Только попробовав гитару коллеги и убедившись, что это хорошо, гитарист примет решение заказать себе такую же.

6

Цель у меня одна — стать национальным производителем, представлять Украину на международном рынке качественных музыкальных инструментов. Мы делаем традиционные и популярные конфигурации электрогитар, часть из них продается через наш магазин, часть — через другие магазины.

В юности у меня были попытки писать музыку и тексты песен. За всю свою жизнь я их написал штуки 3—4, но результатом остался недоволен и оставил эту затею, переключившись на аранжировки. На нашей студии звукозаписи я выполняю функции продюсера и звукорежиссера. Уже удалось поработать с группой "Брутто", Алексеем Мочановым, группой "Авиатор".

9

Я, можно сказать, сапожник без сапог. Держу дома всего одну акустическую гитару в терапевтических целях: когда у меня душевные переживания, беспокойство, я беру несколько аккордов, играю буквально 10—15 минут — и вот я снова в хорошем расположении духа.

1

Когда я у жены спрашивал, за что она меня полюбила, она призналась: потому что я был с бородой и играл на гитаре.

Свободное время нужно тем, кто занимается нелюбимым делом. Мне посчастливилось все свои хобби превратить в работу — и получается, что работа занимает все мое свободное время. 

Записал Макс Щербаков


Читайте также: Как они это делают: Виски The Balvenie.