Есть одна вещь, которую я ненавижу. Во время любой дегустации виски наступает момент, когда перед вами ставят несколько одинаковых бокалов, предлагают отпить из каждого и рассказать, что ваши рецепторы почувствовали в каждый из моментов. Цитрусовые ноты, аромат сухофруктов, привкус ядовитого дуба – я слишком бесчувственная скотина, чтобы передать словами эти ощущения, и совершенно не умею раскладывать свои удовольствия на составляющие.

Я люблю виски, от которого разит торфом, – как мне объяснили, дело в том, что у меня недостаточно развитый вкус, ведь торф – самый простой оттенок, который можно почувствовать в крепком напитке. Чтобы не останавливаться в развитии, я в третий раз в своей жизни отправляюсь в Шотландию.

У шотландцев есть три темы, которые они готовы обсуждать с любым туристом, если оставить за скобками Брекзит и то, какие англичане болваны, если добровольно решили выйти из ЕС.

1. Лох-Несское чудовище. Уменьшительно-ласкательно – Несси. Последние новости со дна Лох-Несского озера неутешительные: специальный дрон обнаружил там только бутафорскую копию монстра, созданную для фильма “Частная жизнь Шерлока Холмса” в 1970 году.

2. Погода. Она меняется часто и стремительно. В рубрике “Стиль” июльского номера британского Esquire традиционно выходит подборка с десятью лучшими дождевиками этого месяца. Новоприбывший обычно спрашивает, шел ли дождь вчера, сколько раз он планируется сегодня и где от него лучше прятаться всю следующую неделю.

3. Виски. Эликсир молодости, живительная влага. Водитель, который встречает нас в аэропорту Абердина, начинает сразу с лобовой атаки: “Вы зачем сюда приехали? Дегустировать виски? Glenfiddich, конечно, ничего, но я предпочитаю The Balvenie”.

shotlandiya

Оба бренда односолодового скотча принадлежат одной и той же семье Грантов, и про ее патриарха, конечно же, есть легенда. Уильям Грант уже 7-летним ребенком гонял овец и мечтал о карьере сапожника, потом был сборщиком долгов и по доброте душевной сам платил по чужим векселям, потом 20 лет служил бухгалтером и управляющим на чужой дистиллерии, откладывал по 100 фунтов в год и наконец накопил достаточно денег, чтобы построить свою. Так появилась винокурня Glenfiddich, дела на ней пошли очень хорошо, и бизнес стал быстро расширяться. Гранты купили ферму Балвени, где началась поразительная история виски The Balvenie.

scotland-balvenie-trip

На дистиллерии The Balvenie с XIX века почти ничего не изменилось. Ячмень они выращивают свой, процесс соложения проводят тем же старинным способом – здесь вообще принято все делать своими руками. Есть даже штатные бондари, которые вручную собирают бочки для виски.

Одна из главных ценностей сегодняшнего The Balvenie – мастер купажа Дэвид Стюарт, легенда и икона: благодаря его вкусу и нюху появились основные хиты винокурни (от DoubleWood 12 Year Old до Single Barrel 15 Year Old) и непостижимые редкие релизы, за которыми гоняются коллекционеры по всему миру.

Ферма Балвени и другие стратегические владения Грантов находятся в тихом городке Даффтаун и его окрестностях. Там вас свозят на могилу Уильяма, покажут дом, где по сей день живут его потомки (шторы плотно закрыты, потомков достало, что зеваки постоянно заглядывают в окна), и покажут красивый рекламный фильм под торжественную музыку. Впрочем, шотландцы – не из тех, кто относится к себе слишком серьезно.

Наследница бизнеса Грантов Кристен за ужином расскажет об одном из своих прадедов, весельчаке и гуляке, который догулялся до того, что его, “выходца из приличной протестантской семьи”, отказались хоронить на протестантском кладбище, а закопали на соседнем, католическом, рядом с женой и еще какой-то дамой, о которой в семье говорить не принято.

shotlandiya

Весь здешний скотч начинается на реке Спей, название которой звучит как сплав двух важных в контексте виски глаголов в повелительном наклонении: “спой” и “пей”. Говорят, как в далекие доиндустриальные времена, воду можно зачерпывать и пить прямо из реки, но для этого нужно побороть внутренние минздравовские страхи, которых у меня слишком много. На этой воде готовят виски, с ее помощью остужают гигантские цилиндры, где ячмень проходит одну из стадий превращения в огненную воду, и используют еще бог знает для чего.

В Шотландии узнаешь, что виски подходит ко всему: к стейку, к лобстеру, его даже с пивом не стыдно пить – есть и такая традиция. После плотного обеда хочется тихо созерцать что-то невероятное. Например, поехать смотреть на морских котиков в районе Port Gordon. Во время отлива они выползают на разогретые солнцем камни и подставляют бока солнечным лучам. Когда мы спускаемся на скользкий от водорослей берег, чтобы подойти поближе, 200-килограммовые котики рассерженно фыркают и с молодецкой прытью скрываются в воде. Мы боимся их гораздо больше, чем они нас, но эти млекопитающие из семейства ушастых тюленей, к счастью, своего преимущества не понимают.

Зато мне мои преимущества хорошо понятны: я решил, что на этом закончу свой сумбурный текст, и наливаю себе чуть-чуть Balvenie 12 Y.O. За окном не Даффтаун, а Киев. Непривычно жаркую шотландскую осень сменила прохладная украинская. Я не чувствую медовых или ванильных нот. Мне просто становится тепло и хорошо.

 

Читайте также: Как они это делают: Виски The Balvenie.