Мирослав Михайлович Вантух — герой Украины, всю жизнь посвятивший хореографии. Вместе с женой Валентиной Владимировной, сыном Мирославом, дочерью Галиной и ее мужем Владимиром они трудятся на благо Национального заслуженного академического ансамбля танца Украины имени Павла Вирского, оберегая народные традиции и воспитывая поколения профессиональных артистов. За долгие годы семья Вантух построила уникальную танцевальную династию, которая представляет Украину в международном культурном пространстве. 

Фотографировала Василина Врублевская.

Семейное дело: Хореографы

Мирослав Михайлович: Я народився у 1939 році у селі на Львівщині. Знаєте, війна, а після війни — розруха і таке інше. У нашій родині взагалі ніколи не було артистів ніяких. Я перший.

У селі у нас, правда, була хороша школа, така досить солідна. Із ближніх сіл приїжджали діти вчитись. Дякуючи вчителям, в школі я пізнав, що таке хор, що таке музика, що таке танець. Бо були у нас і хор дівчаток, хор хлопчиків, змішаний хор, театр вчителів, танцювальний колектив. Я там брав участь, і мені радили, щоб я у консерваторію вступав.

Після закінчення школи, у 1956-му, я вступив у культосвітній технікум у Львові. Там перевіряли, чи є музичні дані: треба було мати слух, ритм. Я досить добре співав, і викладач взяв мене на диригентсько-хорове відділення. Після навчання я закінчив шестимісячні хореографічні курси, і мене лишили на цих курсах викладати. Я там працював до 1958 року, до армії.

В армії попав у взвод прикарпатського військового округу і потім в ансамбль. Практично три роки я там керував танцювальною групою: ставив, танцював і навіть хором диригував. Очевидно, переміг танець, тому я все життя присвятив танцю.

Семейное дело: Хореографы

У 1968 році три місяці був на стажуванні у Великому театрі у Москві, у Ігоря Моісеєва. Познайомився з усіма видатними виконавцями світового рівня — для мене це були дуже високі університети. Митець повинен усе життя вчитися, має йти попереду людей хоча б на 10—20 кроків. От вже більше 30 років я завідую кафедрою хореографії академії Міністерства культури і кафедрою хореографії в університеті імені Драгоманова. Тобто я займаюсь і наукою. І вже 36 років працюю в ансамблі імені Вірського. Ансамбль відвідав мінімум 80 країн світу, у багатьох був по 20—30 разів.

Семейное дело: Хореографы

Мирослав Михайлович: Ми з дружиною цілими днями були на роботі — і діти з нами. І вони тут звикли. Ця атмосфера надзвичайно впливала на свідомість наших дітей. Звичайно, у хореографії вони в цьому залі виростали. Потім самі вступили у школу, студію закінчили. І сьогодні дочка — народна артистка України, дружина — народна артистка України, зять — народний артист України, син — заслужений працівник культури України, працює балетмейстером у мене.

Семейное дело: Хореографы

Мирослав Михайлович: Ми династія, але не пішли в нафтогаз чи торгівлю. Ми в культурі — і було таке, що нам по півроку не видавали заробітної плати. Я вважаю, що сьогодні в культурі і мистецтві моя родина унікальна. Тому що всі — у мистецтві хореографії. І онука, хоч вчиться на міжнародних відносинах, вивчає три мови, закінчила нашу одну студію та ходить у другу. І мріє танцювати. Онук ще малий не танцює.

Галина: І не буде.

Мирослав Михайлович: І не буде. А так — вся родина. От бачите — сьогодні Валентину Володимирівну нагородили орденом за заслуги другого ступеня. Вона повний кавалер трьох орденів княгині Ольги. І зараз вже два [ордени] за заслуги. Я особисто цим пишаюсь. Бо такої родини в Україні, щоби було чотири артиста у хореографії, більше немає. Я не марнославний чоловік, я не працюю за нагороди. І коли бачу по цілому світу, на всіх континентах, як стоїть глядач і битком забиті зали, то відчуваю себе людиною.

Семейное дело: Хореографы

Мирослав Михайлович: Дома ми завжди говоримо про все, що нас хвилює: і про політику, і про реформи — позитивні чи ні. Але в більшості розмови про мистецтво, культуру, театр. Це у кожного з нас у крові. Ви мене спитайте сьогодні про будь-який танцювальний колектив в Україні — я знаю всі їх репертуари, я голова національної хореографічної спілки. Цього року ми проводимо конкурс хореографічних училищ, бо конкурс — це завжди крок вперед: до нього готуються, нові роботи ставлять, костюми шиють, і це все у такий важкий час.

Семейное дело: Хореографы

Владимир: Чтобы я с ребятами не шатался по улицам, родители в детстве отвели меня в самодеятельный танцевальный коллектив. Начинал я в Казани, в России. Потом меня взяли в Государственный волжский народный хор в Самаре — там балетная труппа была. После армии поехал в Москву, поступил в знаменитый ансамбль "Березка". Как-то в Москву на гастроли ансамбль Вирского приехал — так получилось, что он мне понравился, и я переехал в Киев.

Галина: А, то есть тебе только ансамбль понравился? Я тебе не понравилась?

(Смеются.)

Семейное дело: Хореографы

Владимир: Как Мирослав Михайлович говорил, наша дочка — уже взрослая барышня, ей в этом году 21 исполнится, заканчивает четвертый курс международных отношений. Но все равно танцами интересуется, даже иногда принимает участие в концертах.

Галина: Одно дело, чего хотим мы, и другое — чего хочет она. Она упорно доказывает всем: университет — это хорошо, я его закончу, но все равно меня не переубедите — я пойду танцевать. Как Мирослав Михайлович не заставлял нас следовать семейным традициям, так и мы не заставляем. Потому что прекрасно понимаем, какой это тяжелый кусок хлеба, через что нужно пройти, чтобы стать настоящим профессионалом. Понятно, что 16-я елочка в 18-м ряду — это тоже можно, но если ты член династии, то 16-й елочкой уже стыдно стоять.

Владимир: Артисты балета обычно не желают своим детям идти по своим стопам, потому что успех зарабатывается кровью и потом. Тут нет семьи или мужа-жены, все — артисты.

Галина: Семья — это только дома, а в балетном зале… Знаете, как говорят: "Бей своих, чтобы чужие боялись"? Мирослав Михайлович четко этого придерживался.

Владимир: В любом случае это объективные замечания.

Галина: Это понятно. Но все равно к своим требования более завышенные. С другой стороны, "если мы делаем вам замечание, значит, хотим, чтобы вы стали лучше, а если не обращаем на вас внимания, значит, не заинтересованы в вас".

Семейное дело: Хореографы

Галина: Мы очень добрые родители. Танец, он дисциплинирует. Возможно, мы, не осознавая того, используем эту дисциплину в жизни. Но никогда не задумываемся о том, что это пришло из балетного зала.

Владимир: Это уже на подкорке, автоматически все.

Галина: Единственное, что могу сказать о Мирославе Михайловиче: в зале и дома это два абсолютно разных человека. Он жесткий, требовательный, иногда даже жестокий в балетном зале, но более доброго человека дома вы не найдете. Я всегда папу гораздо больше любила, но это можно объяснить тем, что он очень часто уезжал на гастроли и мне его очень не хватало. А когда он возвращался, это был для меня праздник.

Владимир: И привозил подарки.

Галина: Естественно, привозил. Он меня всегда защищал. Если что, я всегда бежала и пряталась за папину спину. Он очень добрый. Внучка вообще из него веревки вьет. "Улюблена онука — це без коментарів". У него есть четкая граница между тем, какой он в балетном зале и дома.

А вот мама жестче, она командир по жизни. То есть будет только так, как она хочет. Проще согласиться и сделать то, что мама требует, чем спорить. Несмотря на то что мы с братом уже взрослые, у нас свои семьи, мы стараемся не расстраивать родителей и поступать так, как они хотят, если им это будет приятно.

Семейное дело: Хореографы

Галина: Когда дочке было 4 или 5 лет, она чуть ли не каждый день устраивала концерты: "Дедушка, вечером концерт, билеты по 2 рубля!". Пела, танцевала. Как-то он пришел с работы уставший и говорит: "Так, внучка, сегодня концерта не будет — у меня денег нет". Она села такая, подумала-подумала. И выдает: "Ладно. Сегодня — благотворительный!".

Семейное дело: Хореографы

Валентина Владимировна: Я до 5 класса занималась спортом: и гимнастикой, и акробатикой, и легкой атлетикой, а потом все-таки остановилась на танцах. Видимо, это все-таки мое. Знаете, как раньше по школам ходили и приглашали? Вот так и меня пригласили. Сначала сама танцевала, теперь работаю в школе — деток учу.

Мы стараемся брать педагогов из артистов ансамбля. Чтобы они передавали манеру танца. Они все — наши дети, которые прошли нашу школу. Они знают всю кухню, выросли здесь.

Пока ученики росли, я знала, что у многих происходило в семье: они приходили, делились со мной. "Вы моя вторая мама", — говорит Алечка, которая со мной с 3 лет. Сейчас ей 23. Чужие дети быстро растут. Смотришь — а они уже женятся, своих детей заводят. Приятно видеть, как растет ребенок. У нас тут тоже семья. Династия, точно.

 

Читайте также: Семейное дело: Фоторепортеры.