На протяжении 40 лет "бабушка перформанса" Марина Абрамович выступала перед аудиторией, которая лишь наблюдала за тем, что она делает. В 2010 году Абрамович провела в MoMA перформанс "В присутствии художника" (The Artist Is Present), где лично входила в контакт с посетителями музея посредством взгляда.

Видимо, этот опыт пришелся художнице по душе, и она решила сконцентрироваться на взаимодействии с публикой. Марина Абрамович разработала так называемый "Метод Абрамович" — серию медитативных практик для самопознания, которые раньше проводила для узкого круга людей: художников, перформансистов и других артистов, включая, например, Леди Гагу.

Для проекта Marina Abramović: In Residence она обучила Методу Абрамович целую команду специалистов, которых называет фасилитаторами. Фасилитаторы  — люди, доносящие эти практики до аудитории и входящие с ней во взаимодействие (физическое и эмоциональное).

Месяц назад Абрамович представила проект Marina Abramović: In Residence в Сиднее. Там одним из фасилитаторов стала украинская художница Зинаида Лихачева, которая рассказала Buro 24/7 о своем опыте.


Зинаида Лихачева, прямая речь:

"Я участвовала в проекте Марины Абрамович как фасилитатор — один из проводников для общественности. Мы старались донести посетителям методики, которые разработала Марина в проекте Marina Abramović: In Residence.

Наша команда состояла из 54 человек, в основном это были австралийцы: художники, хореографы, перформансисты, актеры. Тренинги проводила перформансистка и хореограф Линси Пейсинджер (Lynsey Peisinger): она помогла фасилитаторам познакомиться поближе с серией упражнений, которые разработала Марина, для того чтобы после мы могли показать их людям. Сама Абрамович была основным контролером, или, как она себя назвала, контактором.

Проект проходил в Kaldor Public Art Projects — огромнейшей арт-резиденции в Сиднее, где проводят выставки. На втором этаже проживали 12 австралийских художников, которые создавали на базе методик Марины свой собственный перформанс. Идея была в том, чтобы показать, как эти методики влияют на творчество, креативность. А на первом этаже мы доносили эти практики людям.

1

Во время тренировки, длившейся семь часов, было достаточно тяжело. Это при том что я подготовленная: занимаюсь йогой и медитацией. Мы практиковали, например, slow walk: нужно было максимально медленной походкой пройти определенное большое расстояние. В жизни мы ускоряем свое движение, живем в быстром ритме. Но тут нужно было прочувствовать каждый шаг. Привести в действие некий механизм, который запускает все в обратную сторону.

Была еще практика с рисом и чечевицей: нужно было разделять зерна и пересчитывать их. Это очень хорошо прочищает мысли, точнее приводит к полному "безмыслию" и действительно перезагружает мозг.

Работать с посетителями оказалось намного проще, чем с самой собой. Режим был с 12:00 до 19:00. За час до начала у нас были специальные упражнения, с помощью которых мы готовились к встрече с аудиторией. А после мы работали над тем, чтобы избавиться от всех эмоций, не оставлять никаких связей с предыдущими взаимодействиями.

Мы одевались в черное, никаких аксессуаров, макияжа. Делали все для того, чтобы быть просто тенями, чтобы человек нас не рассматривал. Мы были такими "безмолвными Маринами", которые входили во взаимоотношения с посетителем. Наша задача состояла в том, чтобы совершить доверительный контакт.

Берешь человека за руку и "погружаешь" его. У людей, как правило, множество вопросов насчет того, как и что здесь происходит. Важно, чтобы человек отрешился от них, погрузился в процесс и прожил это время в замедленном темпе, а не в том, в котором привык жить.

Австралийцы, сами по себе достаточно исполнительные, следовали всему как дети. Но мы обратили внимание, что они тяжело раскрываются. Хотя были случаи, когда посетители плакали. Это происходило, когда они садились друг напротив друга, смотрели друг другу в глаза и пытались настроить доверительный контакт. Для них это было сложнее всего.

Многие не привыкли к тому, что о них могут заботиться. Одна из наших задач состояла в том, чтобы уложить человека в кровать, укутать одеялом и позволить ему закрыть глаза. На голове у нас были наушники, все происходило безмолвно, в тишине.

У людей много условностей, прежде чем они смогут сблизиться с кем-то. Для меня тоже было сложно установить контакт с незнакомым человеком. Я анализировала, чего хочет человек, что ему нужно.

За день через меня проходило от 100 до 250 посетителей, и, нравится мне или не нравится, я должна была установить с ними визуальный и тактильный контакт. Этот эксперимент позволил мне освободиться от барьеров, которые касаются сближения с людьми.

Я поняла, что любое действие в рамках любого перформанса должно быть настоящим, иначе ты будешь выглядеть как актер на сцене. Важно все, что ты воспроизводишь. Если ты не по-настоящему вступаешь в контакт с человеком, то и его отдача не будет такой полноценной.

По окончании проекта мне было довольно трудно вернуться к обычному режиму, снова найти саму себя. Работы, которыми я до этого занималась, оказались на длительной паузе. На меня посыпались новые свежие идеи: мозг перезагрузился, я многое переосмыслила. Еще рано говорить, как этот опыт на меня повлияет, прошло слишком мало времени.

На проекте я познакомилась с Мариной Абрамович лично и по-дружески пригласила ее в Украину. Марину привлекает славянская культура и природа. После моего рассказа, ее очень взволновали события в период Майдана. Новая работа Абрамович касается любви и того, на что она способна. Поэтому Марине так интересен Майдан: люди выходили на площадь из любви друг к другу". 

Читайте также: Новое имя: Художница Kinder Album