Поиск

Кира Муратова: \"Долго врать не получается. А вообще и кратко врать трудно\"

Кира Муратова: "Долго врать не получается. А вообще и кратко врать трудно"

Великая

Текст: Buro 24/7

Правила жизни кинорежиссера

6 июня не стало режиссера и сценариста Киры Муратовой, автора "Долгих проводов", "Астенического синдрома", "Чеховских мотивов", "Настройщика" и других прекрасных фильмов.

Buro 24/7 публикует правила жизни Киры Муратовой, изначально вышедшие в журнале Esquire-Украина в 2012 году (интервью – Алексей Тарасов).

 

Я должна снимать. Это как наркотик. Это мое натуральное состояние.

В молодости я, вероятно, была наивна. Вероятно – потому что я не вижу, чтобы так уж сильно изменилась в этом смысле.

Может быть, по отношению к кому-то, кто был действительно открытым диссидентом и ниспровергателем, цензуру можно было хотя бы объяснить. В моем же случае я не понимала, что они там находят. Когда не понимаешь – это хуже всего. Чувствуешь себя просто рабом.

Дурой я себя не чувствовала. Было ощущение, будто я в каком-то непонятном мраке.

Деньги – это понятно. Да, есть публика. Есть массовый зритель. Есть кино для такого-то количества людей, для большого количества людей, для никакого количества людей. И от этого, от сборов, от экономической стороны, зависит судьба режиссера.

Мои первые фильмы были светлее. Я стала пессимистичнее по мере жизни. Я меньше верю в положительные исходы как в жизни, так и в искусстве.

Я считаю, что искусство должно забавлять, должно развлекать. Другое дело – кого что развлекает.

Услада для ума, для сердца должна присутствовать всегда. По этой причине мои фильмы, становясь более печальными, при этом вроде как пританцовывают.

Каждый старается в первую очередь угодить самому себе. Дальше хотелось бы угодить всем, но всем не получается.

Знаете, как говорят: "Ты любишь деньги?" – "Люблю. Но не больше всего на свете".

Некоторые люди исчерпываются. Нельзя сказать, что это они кончились. Это кончилось что-то между нами. Это значит, что я больше ничего не могу в этом человеке открыть, отколупать.

Я считаю, что по своей натуре я довольно близка к аутизму. Мне не очень нужно общаться. Нужно, но в какой-то очень дозированной форме. Когда заканчивается работа, я сижу дома – никуда не хожу, никого не хочу видеть, не хочу собираться компаниями. Плюс к тому я не пью.

В своей работе я беспрерывно открыта к случаю. Если раскинуть большой невод, то всегда туда что-нибудь попадется. Всякие интересные вещи.

Любой большой город имеет в себе достаточно одаренных разнообразных существ. Только смотри и не закрывай глаза.

Я не могу сказать, что Одесса – это моя судьба.

Каждое место на земле имеет свою прелесть и свою отвратительность.

Когда я прихожу на Привоз, то невольно начинаю обезьянничать и разговариваю с торговками так, как они говорят. Я вообще люблю базары.

Монтаж – мое любимое занятие. Это наиболее безопасный момент, когда все живое загнано в пленку и не сопротивляется никак. Не заболевает, не умирает, не уезжает, не возражает. Только ты, монтажер и абсолютная свобода творчества в закрытом помещении.

В Бергмане мне всегда не хватало чего-то варварского. Что-то такое неожиданно нецивилизованное мне всегда хотелось в нем ощутить.

Алкоголь многие пьют, но не у всех после него есть блистательный творческий результат.

На "Коротких встречах" я поняла, что мне некомфортно быть и режиссером, и играть главную роль.

Актриса чисто физически должна быть в форме каждый день. У нее лицо должно быть такое же, как вчера. И волосы она должна успеть помыть. А режиссер как выглядит – неважно.

Быть актером или актрисой значит чувствовать себя в данный момент центром вселенной. Иначе ты не сможешь играть замечательно. Ты должен знать, что все глаза с восторгом смотрят на тебя. Что осветители любуются тобой, а не играют наверху на лесах в карты и травят анекдоты. А режиссеру на это наплевать – если они тихо это делают и ставят свет хорошо. Режиссер иначе чувствует, он иначе занят.

Долго врать не получается. А вообще и кратко врать трудно.

Это нездоровое занятие – читать книжки про себя.

Все крылатые выражения – они всегда немного глуповатые, простоватые.

Я не люблю, когда меня путают с персонажем, но вообще этого никто не любит.

Когда я на работе, я должна чувствовать, что всегда права.

У меня, наверное, очень высокая самооценка. У меня нет комплекса неполноценности. У меня комплекс полноценности.

Режиссер без мании величия, явной или тайной, не добьется ничего.

Никто не пишет моей рукой. Я к таким вещам отношусь с усмешкой.

 

Смотрите также: 5 фильмов Киры Муратовой, которые должен увидеть каждый.