Поиск

Украинская босанова, югославский джаз: Рассказываем о лучших винилах из прошлого

Украинская босанова, югославский джаз: Рассказываем о лучших винилах из прошлого

Олдскульная музыка

Текст: Настя Сидько

На ютьюб-канале Funked Up East

В 2006 году меломан и коллекционер Миша Панфилов завел ютьюб-канал Funked Up East. Там он публикует редкие винилы из стран Восточного блока и бывшего СССР – от джаза и соула до фанка и эмбиента.

Редакция BURO выбрала несколько интересных релизов. Рассказываем подробнее:

Эстонский соул

В юности Велли Йонас была чемпионкой по скоростному спуску, позже мечтала стать театральным режиссером, но в итоге остановила свой выбор на музыке. В Таллине она брала уроки пения, особенно ее вдохновлял эстонский оперный певец Георг Отс. У него был огромный репертуар, и он мог петь на 20 языках (в том числе и на украинском). Также Йонас восторгалась эстонской певицей Хели Ляэтс и баритоном Вольдемаром Куслапом.

В 1977 году в интервью эстонскому журналу Kultuur ja elu Велли призналась, что мечтает стать соул-певицей, выступающей на больших сценах. А уже в 1980-х Йонас гастролировала с оркестрами по СССР. Все сходятся на том, что она сыграла важнейшую роль в становлении эстонского соула, но под конец 1980-х Велли переключилась на бардовские песни – играла на гитаре, пела собственные песни и стихи эстонских поэтов.

Stopp, seisku aeg! ("Стоп! Останови время!") – пожалуй, самая известная ее соул-композиция. По сути, это кавер-версия песни Фриды (солистка ABBA) I See Red. На ее мотив Велли написала эстонский текст, а мелодию сыграла группа Vstretša.

Гэдээровская экзотика

Экзотика – музыкальный жанр, родившийся из джаза и этники. Он стал особенно популярным в 1950-60-е, а свое название получил после выхода одноименной пластинки композитора Мартина Денни в 1957 году. В юности он гастролировал по Южной Америке в составе оркестра Don Dean Orchestra, где и увлекся латинскими ритмами. Собрав коллекцию этнических музыкальных инструментов, Денни начал импровизировать, все больше отдаляясь от классической музыки в сторону тропической островной экзотики.

Этот жанр состоит из имитации этнических стилей музыки, присущих островам в Океании, и различных экзотических звуков – будь то пение птиц или шум деревьев в тропических лесах. Эта музыка – чистая свободная фантазия о далеких тропиках.

Добралась экзотика и до Восточной Германии. В 1968 году тропическую пластинку выпустил гэдээровский лейбл Amiga. Легкие джазовые мелодии с ненавязчивой этникой сыграл оркестр Лейпцигского радио под руководством дирижера Вальтера Айхенберга. Музыку написал композитор принц Нородом Сианук, родом из монаршей камбоджийской семьи (позже он станет королем и будет править страной).



Украинская босанова

1970-е – период расцвета украинского ВИА "Кобза". Тогда группой руководил Александр Зуев. Вместо гитар музыканты решили модернизировать бандуры – и сделали их электронными.

"Мы с Костей [Константин Новицкий] обратились к знакомому инженеру за помощью. Он долго изучал бандуру и, в результате, засунул какие-то провода под струны, приделал катушки, подключил к розетке, и мы получили совершенно иное звучание", – вспоминал в одном из интервью Владимир Кушпет, участник "Кобзы".

По его словам, на прослушивании в Укрконцерте (это организация, занимающаяся гастролями музыкальных коллективов) все были в шоке от того, что народные инструменты могут так современно звучать. В ансамбле был еще бас-гитарист и флейтист. Поначалу для "Кобзы" писал песни джазовый музыкант Юрий Касаткин. Этот трек в жанре джазово-фольклорной босановы – как раз его работа.

Польский джаз

Когда в 1962 году пианист Адам Макович вместе с трубачом Томашем Станько основал джаз-бенд Jazz Darings, их называли первыми в Европе последователями американского джазмена Орнетта Коулмана, великого новатора и первооткрывателя фри-джаза.

Макович полюбил джаз в 16 лет, когда втайне заслушивался радиопередачей Music USA – Jazz Hour, которую вел на "Голосе Америки" Уиллис Коновер. Именно благодаря Коноверу интерес к джазу широко распространился в странах Восточной Европы во время холодной войны.

Но джаз тогда считался нелегальной андеграундной музыкой, поэтому очевидно, что родители Маковича настаивали на его классическом образовании. Но Адам взбунтовался, ушел из дома и бросил учебу. Ему повезло найти в Кракове подпольный джаз-клуб, где он мог "играть, заниматься и думать о джазе 24 часа в сутки". Вскоре Маковича пригласили в джазовый квартет Novi, и он стал гастролировать по миру.

Как музыкант он рос на записях Арта Тэйтума, Эролла Гарнера, Фэтса Уоллера, Тедди Уилсона, Билла Эванса и Бенни Гудмена. После того, как на него обратил внимание продюсер Джон Хэммонд, который дал старт карьере многих талантливых музыкантов, Адама пригласили в тур по США. Таким образом, ему повезло разделить сцену с лучшими джазменами, на которых он сам равнялся.

Югославский джаз

В Югославии, как и в Польше, существовала своя традиция джаза еще до Второй мировой войны. В 1930-х американская музыка играла в барах и концертных залах. В Словении джаз-клуб открылся как раз после начала войны. А на второй день после освобождения Белграда в 1944 году жителям показали "Серенаду солнечной долины" – американский музыкальный фильм о джазе.

Но с началом коммунистического режима в стране, власти объявили борьбу и джазу. Своей непредсказуемостью этот музыкальный жанр не вписывался в советскую систему. "Для коммунистов джаз был чем-то враждебным, направленным против правительства и системы. Мы должны были говорить, думать и играть так, как предрекал Карл Маркс. Но Маркс ничего не говорил об Эллингтоне или Чарли Паркере", – говорил югославский джазмен Душко Гойкович. Для музыкантов джаз был проявлением свободы, ведь никто не может приказать, как играть импровизацию.

Со своим отношением к джазу никак не мог определиться лидер Югославии Иосип Броз Тито. Когда умер Сталин, и, казалось бы, к джазу станут относиться проще, Тито раскритиковал это направление, назвав его несовместимым с характером югославов и их реальностью. Несмотря на его высказывания, джаз в стране никуда не исчез, а даже напротив – появилась Ассоциация джазовых музыкантов, которая начала издавать собственный журнал, посвященный джазу. Это значило, что джаз в Югославии амнистировали. К тому же, в 1958 году на радио уже стали появляться программы о джазе, а в 1959 страну впервые посетил легендарный Луи Армстронг – в аэропорту его встречали песней When the Saints Go Marching In.

В 1959 году Тито сказал, что, в общем-то, джаз ему нравится, но прошло три года и он передумал: "Для меня это не музыка, а шум". Еще через два года Тито всех уверял, что не имеет ничего против джаза ("Молодые люди должны веселиться").

 

Чехословацкий джаз

В детстве отец Лакко Децци, инженер по профессии, подарил сыну трубу, чтобы у мальчика было хобби. Лакко увлекся инструментом, из-за чего папа начал беспокоиться, ведь хотел, чтобы сын тоже стал инженером, потому что для жизни эта работа гораздо практичнее, чем музыка. Тем не менее Децци пошел учиться в консерваторию в Братиславе, хотя так и не окончил ее. Парня забрали в чехословацкую армию, и эти времена он вспоминает как далеко не самые лучшие. После армии он уже не возвращался в Братиславу, а сразу отправился в Прагу, чтобы продолжить музыкальную карьеру там.

В Праге Децци попал в квинтет джазмена Карла Велебного (Эс Га Квинтет). Его, кстати, очень любил актер Андрей Миронов. Это был один из самых известных джаз-бендов в Чехии. В 1960-е, период Пражской весны, джаз не притесняли. Как говорит сам Лакко, коммунистам было не до этого: "Они не слишком беспокоились о джазе. Их больше волновал рок, потому что там были слова, которые можно было использовать как протестные лозунги. У нас даже были джазовые фестивали. Так что единственной нашей проблемой было то, что мы хотели играть за границей".

Когда в Праге появились русские танки, Лакко с женой и ребенком не покинул Чехословакию. У него был уже свой джаз-бенд Celula, он играл в джазовом оркестре Чехословацкого радио. Но в 1980-х Децци все-таки эмигрировал в США. В Нью-Йорке ему пришлось заново осваиваться, ему помогали знакомые и друзья, которые на тот момент уже жили в Америке. Но у него получилось – он играл в барах и клубах, давал концерты и даже начал писать музыку для фильмов.

 


Венгерский джаз

Пока Варшавское радио в середине 1950-х уже транслировало концерты Бенни Гудмена и Дюка Эллингтона, венгерские власти продолжали называть джаз "декадентской болезнью Запада", которая делает из людей хулиганов. Не мудрено, что вплоть до 1960-х венгерский джаз был в подполье.

Особое место здесь занимает джазовое трио Аладара Пеге. Пеге – один из самых выдающихся венгерских музыкантов. Он окончил Музыкальную академию имени Ференца Листа в Будапеште по классу контрабаса, после этого продолжил учебу в Западном Берлине.

Вернувшись в Венгрию, он сам стал преподавать в академии, параллельно давая концерты по всему миру, одинаково виртуозно исполняя и джаз, и классику. У Аладара был удивительный талант в импровизации, за что критики называли его "Паганини контрабаса".

В 1970-х Пеге выступал в Карнеги-Холле в США и играл вместе с джазовым пианистом Херби Хэнкоком, одним из самых влиятельных джазменов ХХ века и обладателем 14 премий "Грэмми".

 

Читайте также: "Усатый фанк": Смотрите 1-й трейлер документалки об украинской музыке 1970-х.