Поиск

Любовь Альмодовара и Бандераса в съемке Variety

Любовь Альмодовара и Бандераса в съемке Variety

Любимые

Текст: Настя Сидько


Фото: NICO BUSTOS

Каннам посвящается

Журнал Variety посвятил новый выпуск Каннскому фестивалю, который откроется уже 14 мая. На обложке спецвыпуска – режиссер Педро Альмодовар и актер Антонио Бандерас. В этом году на фестивале они представят драму "Боль и слава". Она вошла в основную конкурсную программу Канн и поборется за главную награду с работами Тарантино, Ксавье Долана, Терренса Малика, братьев Дарденн и другими.

Сюжет "Боли и славы" разворачивается вокруг событий из жизни режиссера, поэтому драму в каком-то смысле можно считать автобиографической. Сам Альмодовар не называет картину байопиком. Он говорит, что отталкивался от себя, когда начинал работать над сценарием, но далее все происходило как и с любым другим фильмом. Поэтому режиссер настаивает, что нельзя его воспринимать буквально. 

"Не все, что произошло в фильме, – это то, что случилось с Педро. Я знаю, были вещи, которые он хотел бы сказать, но никогда их не говорил; были вещи, которые он хотел бы сделать и никогда не делал", – утверждает Бандерас, называя фильм автофикшеном.

Для актера было непросто играть в картине самого Альмодовара (в ленте – Сальвадора Малло), ведь они с режиссером дружат с 1980 года, вот уже почти 40 лет. По словам Антонио, для него было важно, чтобы его игра не была имитацией. "Я старался быть как можно более голым, создавать все с нуля, не манерничая", – говорит актер. 

Мать Сальвадора в молодости сыграла Пенелопа Крус, но у них с Бандерасом нет совместных сцен. Альмодовар рассказывает, что актеры просили его об этом, но это было невозможно. "Для испанского кино они представляют собой нечто вроде Мастроянни и Софи Лорен. Поэтому странно, что мы, и я в том числе, ничего не написали для них двоих, потому что они очень хорошая пара", – говорит режиссер. В картине Альмодовара "Я очень возбужден" (2013) у них был небольшой совместный эпизод, и это все. Хотя Бандерас говорит, что уже совсем скоро они с Пенелопой снимутся в испанском фильме, подробности которого он пока не может рассказать.

Вот что еще актер и режиссер рассказали в интервью Variety: 

О работе в Голливуде

Альмодовар: "Я привык работать определенным образом. Я не говорю, что не могу быть гибким, но когда я слышу, что говорят друзья-режиссеры, которые работали или работают в Голливуде, [то понимаю, что] свобода и независимость, к которым я привык, могут быть проблемой".

Бандерас: "Он никогда не принимал приглашения из Голливуда. Думаю, он знал, что потеряет что-то в этой сделке. Очень мало режиссеров – вероятно, их можно пересчитать по пальцам, – которые верны себе. Это ценно в наше время. 

Он [Альмодовар] восхищается американским кинематографом. Я знаю, что он любит многих актеров, со многими он хотел бы поработать, например с Мерил Стрип. Но он бы не был собой. В этом проблема".

Об отзывах зрителей

Бандерас: "Мы не ожидали успеха в Испании. У нас всегда говорят: "Нельзя быть поэтом в родном городе". [Или, как у нас говорят, "Нет пророка в своем Отечестве".]

Альмодовар: "Это всегда удивительно, когда твой фильм волнует зрителей. Чудо, когда это происходит". 

О консерватизме

Бандерас: "Когда мне было 25 лет, мы снимали "Закон желания". Мои отец и мать – очень консервативные и религиозные люди. Я помню, как переживал, что они подумают, когда увидят, как я целуюсь и занимаюсь любовью с мужчиной на экране. Но если я убиваю кого-то и сбрасываю со скалы, то для аудитории это нормально. И я подумал, почему же никто не обсуждает с точки зрения морали убийство, но мужчина, целующий другого мужчину, или женщина, целующая другую женщину, – не принимаются? Здесь что-то не так. Когда мама посмотрела этот фильм, она спросила меня, зачем я снялся в этой любовной сцене: "Подумай о наших друзьях!" Я поделился с ней своими мыслями, она согласилась со мной и потом использовала этот аргумент в споре с друзьями". 

О Каннах

Бандерас: "Канны абсолютно необходимы в этом запутанном мире онлайн-платформ, чтобы был фестиваль, который сосредоточен на кино. Я вижу, как моя дочь может смотреть фильм [на мобильном телефоне], и не понимаю этого. Я говорю ей: "Как ты можешь оценить свет, хорошую игру, если ты практически не видишь глаз актера?" Она говорит: "Папа, я просто слежу за историей!" Я предпочитаю ходить в кинотеатр и смотреть фильмы такими, какими их задумал автор. И Канны борются за это".

О Netflix

Бандерас: "У меня есть Netflix. Иногда я нахожу там интересные работы – фильмы из разных стран, на других языках, из Италии, из Кореи. Я не против этого. [Но] если они хотят конкурировать с другими фильмами, они должны играть по общим правилам. Это не совсем справедливо, что вы делаете премьеру в двух или трех кинотеатрах и на этом все. Вы должны сделать рекламную кампанию, должны соревноваться на том же уровне, что и остальные фильмы. Это рискованная игра, потому что в это надо вкладывать много денег, но я думаю, что это справедливо. Если они хотят принять участие в таком фестивале, как Канны, или рассчитывать на "Оскар", так и надо действовать". 

Альмодовар: "У меня нет враждебности по отношению к Netflix или любой другой стриминговой платформе. Но фильм, который может получить награду, действительно должен быть показан на большом экране в кинотеатре. Фильмы предназначены для показа на экране незнакомым людям в темноте. В этом вся магия". 

О страхе больше не снять фильм

Альмодовар: "Этот страх есть всегда. Не иметь физической возможности снимать фильм и отсутствие новых идей. Это дамоклов меч, нависающий над тобой. Сейчас я думаю об адаптации книги на английском языке. Это для меня впервые. Не могу сказать ее название. Еще слишком рано". 

 

Смотрите также: Джармуш, Долан, Альмодовар: Что еще покажут в Каннах.

Оставьте комментарий

Больше